Тревожное кино: истории ЛГБТ-хабаровчан(+18)

Тревожное кино: истории ЛГБТ-хабаровчан(+18)

Ежегодный ЛГБТ-кинофестиваль «Бок о бок» стартует 11 ноября в онлайн-формате. Главные темы фильмов 2021 года – арт-активизм, ЛГБТ в исторической ретроспективе, бодипозитив, эмиграция квир-людей. Мы собрали несколько историй ЛГБТ-хабаровчан, которым близки переживания героев фильмов.

Материал носит чисто просветительский характер и не является призывом или пропагандой какого-либо движения или явления.

Кино

Кинофестиваль «Бок о бок» проводится в Санкт-Петербурге с 2008 года. Это единственный ежегодный ЛГБТ-кинофестиваль в России. Несмотря на ковидные ограничения, в этом году зрители всё равно смогут посмотреть более 30 ЛГБТ-фильмов и принять участие в дискуссиях.

На сайте фестиваля есть сборник короткометражных фильмов «Сделано в России». Один из фильмов сборника – «Фанаты» Севы Галкина.

В 2016 году в Москве задержали двух молодых людей за убийство шести человек. Задержанные были фанатами «ЦСКА» и «Спартака», причисляли себя к скинхедам и охотились на геев. Во время допросов один из парней признался, что они с напарником состояли в романтических отношениях. Так в 2016 году появилось множество заголовков по типу «геи-скинхеды-фанаты-убийцы из Москвы». За эту историю зацепился Сева Галкин – автор скандального фильма «Фанаты». Его картина основана на реальных событиях, но герои в ней проживают иной исход. Вместо реальной концовки, где убийцы уничтожают труп с помощью петард, режиссёр позволил героям пройти путь прощения. Получилось очень по-русски: реальность скрылась за мистическим реализмом, воспетым с помощью ритуала неясного происхождения.

Сева Галкин в интервью для радио «Свобода» рассказал, что снял фильм о борьбе главного героя с самим собой. При этом режиссёр подчеркнул, что не знает, происходила ли она на самом деле. Целью стало показать, как гомофобия убивает не только тех, кто оказывается под прицелом, но и тех, кто целится.

Жизнь

Женя Ефимов – открытый гей, автор цифрового контента, фотограф

В каком возрасте ты осознал свою ориентацию?

– Прямо чтобы осознание чёткое – после 20 лет. А так, я всегда понимал и знал с детского сада. Я просто раньше не знал, как это называется, но понимание было со мной всегда.

Что поспособствовало принятию себя?

– Формирование взрослой зрелой личности. Понимание того, что я в первую очередь человек, я живу, у меня есть такие же права и такие же обязанности. Мне просто хотелось хорошей жизни, несмотря на дискриминированное общество. Особенно в нашей стране. Я не говорю о том, что я хочу ходить с флагами, отстаивать свои права. Да у меня есть права, я такой же, как и все и мне многое дозволено. Мне не нужны разрешения на однополые браки. Не нравится – я могу уехать в другую страну. Я говорю в том плане, что мне хотелось нормально существовать в обществе, общаться с друзьями, с коллективом на работе. Я хочу приходить на работу и не ныкать свои соцсети по углам. Сейчас я так и делаю – прихожу на работу с позицией: «Нравится – смотри, не нравится – иди на***, не твоё дело». Я – полноценная личность и это самое главное.

Какие у тебя были проблемы с ориентацией во время учёбы?

– В садике ничего такого не было, там все маленькие с «хи-хи, ха-ха». Самый раз*** пошёл именно в школе. В школьном возрасте ты начинаешь формироваться как личность, переходный возраст – это всё очень сложно. И вот тут тебя начинают коллективно ломать из-за того, что ты не такой как все. Из-за этого можно закрыться в себе на всю жизнь.

В 80% случаях так и происходит – мужчины, которые не смогли открыть свой гомосексуализм, женятся и всю жизнь врут своим семьям

Со мной такого, слава Богу, не произошло, благодаря поддержке моих друзей и родителей. Я всегда понимал, что я гей, даже был влюблён в своего одноклассника. Но не мог это выразить.

Старшеклассники меня всегда пытались уколоть из-за моего эпатажного поведения, пару раз даже издевались. Раза два-три меня били. Например, когда я жил в Петербурге, нас подловили на выходе из гей-клуба и жестко избили. Хорошо, что я занимаюсь спортом и быстро бегаю.

Было очень дискомфортно жить. Что делать-то? Мне казалось единственным решением уезжать из маленьких городов, сёл, потому что там никогда тебя никто не примет. С другой стороны сейчас я не уехал, я чётко говорю о том, кто я, пишу об этом. И вот все эти люди из маленького круга они как-то резко переобулись: они видят, что у меня с этим нет проблем, по большому счёту. И они думают: «Вроде норм, Женю же мы любим, всю жизнь его знаем».

– Что самое сложное в том, чтобы быть геем в Хабаровске?

– Как бы это не было парадоксально, но мне очень тяжело существовать именно в гей-сообществе Хабаровска. Оно (сообщество) настолько здесь закрыто, настолько закомплексовано. Я сам таким был до переезда на запад, я же в Питере жил три года.

Мне там все говорили: «Господи, Жень, у тебя столько комплексов». А я им отвечал: «Так я с Дальнего Востока!

Здесь, действительно, парни прячутся, закрываются, притворяются. Мне здесь сложно найти отношения, потому что никто не хочет палиться. Но время меняется, всё становится немного легче: молодёжь растёт, вытесняет эти устои. Наверное через лет 5-10 здесь даже можно будет с кем-то отношения построить. Но не сейчас. У меня есть установка: я здесь работаю, но семью создавать не буду. Из-за этого постоянно хочется уехать в большой город. Сюда закономерно дойдёт развитие, общество раскрепостится. Но меня это не волнует – мне важно, чтобы моё гей-сообщество уже наконец-то себя приняло. Если человек не будет сильной личностью, то он всю жизнь так и проживёт в своей скорлупе.

Кино

Среди сборников короткометражного кино есть и «Отчаянное посвящение». В нём картина «Камилла и Я» французской режиссёрки Мари Конье. Заключение однополых браков во Франции легализовали лишь в 2013 году. Легализация была одним из предвыборных обещаний Франуса Олланда (Прим: президент Франции с 2012 по 2017 год). Решение Олланда многократно и очень настойчиво оспаривалось консерваторами и католиками, подписывались протестные манифестации. Но, несмотря на всё это, 2013 год стал для Франции годом подъёма квир-движения.

Мари Конье рассказывает об этом периоде в истории её страны через отношения лесбийской пары. Фильм стал сочетанием политических прений и личной истории двух девушек, разрушающих стереотипы о женской гомосексуальности.

Жизнь

Арина – лесбиянка (это анонимное интервью, автор выбрал случайное имя для удобства читателя)

Сколько вам было лет, когда вы приняли свою ориентацию?

– Мне было 24. До этого возраста я не подозревала, что я лесбиянка. Скорее, была гомофобом, не понимала таких людей.

Вам было тяжело принять себя?

– Мне мешала стереотипность мышления. Первые месяцы после осознания было тяжело признать себя, я знала, что это не нормально в обществе. Изначально же было воспитание: девочка + мальчик = семья. Но я никогда не пыталась исправить себя, скорее были попытки наладить отношения с мужчинами. Но вышло фиаско. У меня нет дискомфорта в общении с мужчинами, просто они – не мой выбор. Принять себя помог бунтарский характер и чувство тяги к человеку.

Ваши друзья толерантно относятся к ЛГБТ-комьюнити? Или они приняли вас потому что вы это вы?

– К девушкам почти все относятся толерантно. Мне сложно сказать, почему меня приняли друзья: из-за толерантности или из-за дружбы. Но факт остаётся фактом – они меня признали. Хотя мне было тяжело решить, говорить им или нет.

Что самое сложное в том, чтобы быть лесбиянской в Хабаровске?

– Самое сложное – это люди с узколинейным мышлением. У меня есть пара, я уже привыкла скрывать наши отношения в обществе. Для близких людей не скрываю. Но первые месяцы мне было очень сложно утаивать, хотелось всем рассказать о своих чувствах, но был страх общественного мнения.

Кино

«Метаморфозы» – полнометражный игровой фильм филиппинского режиссёра Дж. Э. Тиглао.

Герой фильма – Адам, тихий школьник, будущее которого уже распланировано его родителями. Но планы нарушают пугающие изменения тела Адама. С этого момента родители погружают сына в череду бесконечных медицинских исследований. Но принимать своё новое тело или нет все ещё зависит только от самого Адама.

«Метаморфозы» были на нескольких фестивалях местных и международных уровней, а Тиглао получил в 2019 году награду за лучшую режиссуру за подлинное изображение интерсекс-людей. Несмотря на это, фильму пришлось пройти множество препятствий, прежде чем выйти на большие экраны. Одно из таких препятствий – это оценка «X» в MTRCB (Прим: Movie and Television Review and Classification Board – это совет по обзору и классификации кино и телевидения. Это филиппинское правительственное учреждение при канцелярии президента Филиппин, которое отвечает за классификацию и обзор телевизионных программ, кинофильмов и домашних видео). «Х» означала, что фильм непригоден для публичных показов из-за чересчур смелых сцен.

Режиссёр выстраивает со зрителем честный диалог о том, что такое «правильное тело» и как принимать свою природу, когда всё настроено против тебя.

Жизнь

Женя Заграфов, трансгендерный парень (человек, рожденный с первичными половыми признаками женщины, но ощущающий себя парнем), бармен, фронтмен

В каком возрасте ты осознал, что живёшь не в своём теле?

– Полное осознание пришло в 14-15 лет. Как раз это тот возраст, когда ты себя начинаешь понимать как человека, как личность. И тогда я, слава Богу, уже был знаком с терминами и у меня были подруги, которые рассказали мне, что такое ЛГБТ-сообщество. Я понял, что если мне будет проще называть себя трансгендером, то да, оно так и есть.

Были проблемы с принятием себя?

– Да, конечно. Проблемы есть и по сей день, просто каждый год становится проще с ними справляться. Были проблемы с родителями. Им тоже было сложно принять, что они растили человека в одном гендерном обличии, а получилось совсем другое. Из-за этого были ссоры, скандалы, непонимание со стороны друзей. Тяжело с этим жить.

Какая была первая реакция у родителей после твоего признания?

– Сначала никакой, они не восприняли мои слова серьёзно. Думали, что я просто как подросток покрасил волосы в другой цвет, наиграюсь и пройдёт. Поэтому ничего серьёзного не было.

Родители говорили: «Вот будет тебе 18, всё пройдёт». Но сейчас мне 19 и спойлер: нет, не прошло

Сейчас тебе легче говорить о своей идентичности или ты скрываешься?

– Да, сейчас мне стало полегче. Но есть ситуации, когда мне приходится скрываться. Например, на работе, в каких-то официальных моментах. Сейчас я живу с родителями моего молодого человека и перед его родителями мне тоже приходится скрываться, потому что они это не примут.

– Какие самые тупые вопросы о трансгендерности ты слышал?

– Самое лучшее: «А что у тебя в штанах?». А ещё, когда я в принципе выглядел более-менее феминно, у меня постоянно спрашивали: «А ты что, уже операцию сделал? Уже поменял пол?». Хотя вроде как всё было видно, что нет ребят, так не делается.

Ты планируешь дальнейшие изменения со своим телом?

– Да, планирую, но не в ближайшие лет пять. Опять-таки из-за того, что мне приходится скрываться перед родителями молодого человека. Может, если мы от них отдалимся, то будет проще. А так, для них это будет тяжёлым ударом.

Ты планируешь эти изменения осуществить в России?

– Да, уезжать я точно не собираюсь.

Хочу остаться в России и пережить всё дерьмо с соотечественниками – патриотизм, все дела

Были ментальные проблемы из-за дисфории, давления общества?

– Да, но возможно, не только из-за этого. У меня сейчас есть диагноз: клиническая депрессия, я лежал в клинике два месяца из-за этого. Просто одно на другое накладывается. И конечно, большая проблема – это дисфория, непринятие себя, и в совокупности с остальным это может привести к серьёзным психологическим травмам.

Тебе пытались навязать насильственную терапию, чтобы избавить от трансгендерности?

– Наоборот, меня отговаривали от терапии тогда, когда она была мне нужна. Типа: «Ты псих что ли, ходить к психологу». Вот это советское воспитание, что нормальные люди не ходят к психологам, хотя мне это было необходимо. Но когда я попал в клинику, я познакомился с очень хорошим психологом и, благодаря этому человеку, я сижу сейчас в стенах своего дома, а не в клинике.

Кино

Просмотр фильмов кинофестиваля «Бок о бок» будет доступен жителям всех городов России в онлайн-кинотеатре. Фестиваль продлится с 11 по 25 ноября. Билеты можно купить на сайте кинофестиваля как на отдельные фильмы, так и на всю программу.

Аделина Артюшкина.

Редактор: Полина Никулина.

Фото Жени Ефимова, графические иллюстрации автора.

Комментировать

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *